В рос. философской традиции Л. есть чудо и миф (А. Ф. Лосев); «Л. же, разумеемая в смысле чистой Л., есть для каждого Я лишь идеал — предел стремлений и самопостроения . Дать же понятие Л. невозможно . она непонятна, выходит за пределы всякого понятия, трансцендентна всякому понятию. Можно лишь создать символ коренной характеристики Л . Что же касается до содержания, то оно не м. б. рассудочным, но — лишь непосредственно переживаемым в опыте само-творчества, в деятельном само-построении Л., в тождестве духовного само-познания» (Флоренский П. А.). М. М. Бахтин продолжает мысль Флоренского: когда мы имеем дело с познанием Л. мы должны вообще выйти за пределы субъект-объектных отношений, какими субъект и объект рассматриваются в гносеологии. Это нужно учитывать психологам, использующим странные словосочетания: «субъектность Л.», «психологический субъект». По поводу последнего откровенно язвил Г. Г. Шпет: «Психологический субъект без вида на жительство и без физиологического организма есть просто выходец из неизвестного нам света . стоит его принять за всамделишного, он непременно втянет еще большее диво — психологическое сказуемое! Сегодня философски и психологически подозрительные субъекты и их тени все чаще блуждают по страницам психологической литературы. Бессовестный субъект, бездушный субъект — это, скорее всего, не вполне нормально, но привычно. А душевный, совестливый, одухотворенный субъект — смешно и грустно. Субъекты могут репрезентировать, в т. ч. всякие мерзости, а Л. — олицетворяют. Не случайно Лосев связывал происхождение слова Л. с ликом, а не с личиной, персоной, маской. Л., как чудо, как миф, как единственность не нуждается в экстенсивном раскрытии. Бахтин резонно заметил, Л. может выявить себя в жесте, в слове, в поступке (а может и утонуть). А. А. Ухтомский был, несомненно, прав, говоря, что Л. — это функциональный орган индивидуальности, ее состояние. Следует добавить — состояние души и духа, а не почетное пожизненное звание. Она ведь может потерять лицо, исказить свой лик, уронить свое человеческое достоинство, которое усилием берется. Ухтомскому вторил Н. А. Бернштейн, говоря, что Л. — это верховный синтез поведения. Верховный! В Л. достигается интеграция, слияние, гармония внешнего и внутреннего. А там, где есть гармония, наука, в т. ч. и психология, умолкает.

Итак, Л. — это таинственный избыток индивидуальности, ее свобода, которая не поддается исчислению, предсказанию. Л. видна сразу и целиком и тем отличается от индивида, свойства которого подлежат раскрытию, испытанию, изучению и оценкам. Л. есть предмет удивления, преклонения, зависти, ненависти; предмет непредвзятого, бескорыстного, понимающего проникновения и художественного изображения. Но не предмет практической заинтересованности, формирования, манипулирования. Сказанное не означает, что психологам противопоказано размышлять о Л. Но размышлять, а не определять или редуцировать ее к иерархии мотивов, совокупности ее потребностей, творчеству, перекрестью деятельностей, аффектам, смыслам, субъекту, индивиду и т. д. и т. п.

Приведем примеры полезных размышлений о Л. А. С. Арсеньев: Л. — это человек надежный, слова и дела которого не расходятся друг с другом, который сам свободно решает, что ему делать, и отвечает за результаты своих действий. Л. — это, конечно, бесконечное существо, дышащее телесно и духовно. Для Л. характерно осознание конфликта между моралью и нравственностью и первенство последней. Автор настаивает на ценностном, а не монетарно-рыночном измерении Л. Т. М. Буякас выделяет др. черты: Л. — это человек, вставший на путь самоопределения, преодолевающий потребность искать опору во внешней поддержке. У Л. появляется способность полностью опираться на себя, делать самостоятельный выбор, занимать свою позицию, быть открытой и готовой к любым новым поворотам своего жизненного пути. Л. перестает зависеть от внешних оценок, доверяет себе, находит внутреннюю поддержку в самой себе. Она свободна. Никакое описание Л. не м. б. исчерпывающим. (В. П. Зинченко.)

Это интересно:

Исследование особенностей общения сотрудников правоохранительных органов. Описание групп испытуемых и методов исследования
В основу рабочей гипотезы исследования положено предположение о том, что профессиональная деятельность сотрудников правоохранительных органов оказывает влияние на специфику их стиля общения, вследствие этого, для более опытных сотрудников ...

Диагностика мотивационной сферы личности подростков
Становление личности будущего учителя предполагает перестройку мотивационной сферы: одни побуждения, мотивы приобретают большую личность, другие теряют ее. Преобладающие мотивы и направленность личности так или иначе взаимосвязаны: либо в ...

_Д_
ДАВЫДОВ ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ (1930-1998) — известный отечественный психолог и педагог, творчески развивал базисные идеи школы Л. С. Выготского, совместно с Д. Б. Элькониным построил теоретические и методологические основы новой научно-практ ...